История геноцида: Смерть в Оредежи

Поселок Оредеж Ленинградской области находился в немецко-фашистской оккупации с 1 августа 1941 года по 31 января 1944 года.

На протяжении этого времени гитлеровцы чинили чудовищные расправы над мирным населением, применяя пытки и истязания не только к взрослому населению, но и к подросткам и малолетним детям.

Захватчики разграбили, разгромили и уничтожили колхозы, культурные учреждения и государственные предприятия, личное имущество населения, сожгли деревни и села.

Из акта комиссии Ново-Березинского сельсовета Оредежского района о сожжении и расстрелах мирных жителей в деревне Солони:

«В 1941 году в марте месяце немецкие изверги ворвались в д. Солони к гражданке Евдокимовой Антонине Алексеевне с тремя малолетними детьми. Она была спрятавши в подвале. Изверги, заметив присутствие людей в подвале, принялись бросать в дом гранаты, и в последствии взяли подожгли дом…

Один ребенок в возрасте 10 лет Евдокимов Владимир Алексеевич спасся: он выбежал из горящего дома.

В этот же день изверги сожгли второй дом в д. Солони с гражданами Евдокимовой Еленой Федоровной с четырьмя малолетними детьми, имена которых не пришлось выяснить ввиду отсутствия населения данной деревни. Изверги забросали дом гранатами, а потом и подожгли. Евдокимова сгорела вместе с детьми, исключая одного ребенка. Девочка, Евдокимова Валентина Семеновна, выбежала из горящего дома. Сами мы слышали от населения д. Солони про этот случай, которому пришлось спастись от извергов. Население д. Солони все угнано немцами.

3-й случай. В 1943 году в августе месяце немцами были арестованы граждане дер. Солони Голубев Василий Васильевич, его жена Голубева Мария Ивановна по наговорам, как будто бы Голубевы издевались над убитыми немцами путем выкалывания им глаз. Голубевы были в заключении 35 дней при гестапо в деревне Горыни. В период заключения они все время подвергались пыткам и впоследствии были замучены извергами в д. Горынях при гестапо».

Акт комиссии по выявлению фашистских зверств на территории Пантелеевского, бывшего Теребушского и Бельского сельсоветов об уничтожении карательными отрядами жителей Пантелеевского и Бельского сельского советов Оредежского района 10 марта 1944 года:

«25/IX-1941 года деревню Гверездно окружил отряд немцев человек в 500. Ворвавшись в деревню, фашисты стали спрашивать дом партизана Александрова. Первого спросили Ефграфова Николая 19 лет, который не желая предавать семью Александрова, провел немцев мимо дома Александрова. Немцы спросили проходившего здесь Борина Михаила, который и указал дом партизана Александрова. Войдя в него, немцы спрашивали у Александрова и жилицы Семеновой Лукерьи, нет ли у них партизан. Они ответили, что партизан у них нет. Подробно, что произошло в доме неизвестно. Скоро дом Александрова загорелся. Офицеры приказали 4 колхозникам вынести тела партизан и немецкого солдата, иначе они будут расстреляны. Колхозники из пламени вынесли сначала тела партизан, Матвеева Михаила Матвеевича, сотрудника райкома партии, и его сына Александра. Тело отца было исколото штыками, глаза выколоты. Потом было вынесено тело убитого немца. Когда дом сгорел, начался допрос. Свидетелей из граждан не было. Жену Александрова Наталью и его сына Петра 17 лет избили так, что Наталья потеряла сознание и в таком состоянии была свезена за деревню к месту расстрела. Допрашивали многих граждан, в том числе дочь Александрова Татьяну 16 лет, старика Валева и других. Наконец допрос кончился; палачи взвалили бесчувственное тело Александровой на телегу и повезли за деревню. За телегой шли Александровы Петр и Татьяна, Семенова Лукерья, Евграфов Николай, старик Валев, который давал партизанам продукты и скрывал партизан; патриоты ничем не выдали своего волнения. Махая руками, они прощались в последний раз со своими односельчанами. Их всех расстреляли немецкие бандиты».

Докладная записка жителя деревни Колонцево Оредежского района г. с. Назарова в комиссию Пантелеевского сельсовета по расследованию немецко-фашистских злодеяний об убийстве фашистами жителей сельсовета и заключенных Оредежской тюрьмы 10 марта 1944 г.:

«18 января 1944 г. около деревни Коленцево для уничтожения немецкой армии партизанами была подложена мина. Немцы обнаружили ее и стали стрелять по деревне трассирующими пулями. Потом они ворвались в деревню, собрали все население на улице и стали спрашивать, кто подложил мину. Граждане ответили, что не знают. Тогда немцы арестовали старосту Иванова Василия и его жильца и увезли с собой.

На второй день немцы явились снова, выстроили отдельно мужчин и женщин, пригрозили, что если они обнаружат, что кто-нибудь скрылся, то расстреляют его.

Арестовали всех мужчин, жену старосты, их жилицу и Козлову Наталью, которая осмелилась выразить протест против действий немцев.

Всех их отвезли в Васильковичи. Там сразу отобрали документы, хлеб, часы и другие вещи, которые возвращены не были. Целый день просидели голодными.

Вечером начали допрос женщин и одного мужчины. Их били резиновыми палками и поленами. Иванова умерла в тот же вечер. Остальные были избиты до полусмерти.

Допрос продолжался на второй день. Всех арестованных при этом страшно избивали в темных камерах и травили собаками.

Обезображенных людей из камер не выпускали, пока не поправятся.

Если на арестованных замечали приличную обувь, то грубо срывали ее, заменяя опорками или лаптями.

Кормили супом из нечищенного картофеля 2 раза в день и граммов 100 хлеба в день.

Акт комиссии Пантелеевского сельского совета Оредежского района по выявлению немецко-фашистских зверств об убийстве жителей деревни Васильковичи 11 марта 1944 г.:

«В декабре 1942 г. появились в Васильковичах гестаповцы, которые первое время ходили в штатском одеянии, часто заходили в деревню Васильковичи, выспрашивали колхозников о их материальном положении и посещают ли их партизаны.

Вскоре начались массовые аресты по Оредежскому району, допросы и пытки. Железнодорожник Воробьев Иван, возвращаясь с работы вечером мимо тюрьмы, часто слышал вопли и стоны избиваемых.

Перед Пасхой 1943 г. привели из Торковичей 78 человек цыган, стариков, старух, молодых женщин, парней и детей через Пантелеевичи в Васильковичи. Через несколько дней граждане Васильковичей слышали 70 выстрелов. Это расстреливали цыган, т. к. на второй день на болоте около Василькович жгли их одежду.

Вскоре после этого была доставлена партия цыган из Батецкого района в количестве 107 человек. Их постигла та же участь.

В конце 1943 г. была арестована и расстреляна гражданка Максимова из Оредежа за еврейское происхождение. Через месяц ее сын Витя Максимов, у которого отец русский, по профессии маляр, был отнят у отца и отвезен к вечеру в детский дом. В 4 часа утра за ним и двумя маленькими девочками из Таркович приехали на дровнях и повезли в Васильковичи. Шестилетний Витя Максимов понял, что ожидает, соскочил с дровней и бросился бежать, но его поймали и по прибытии в Васильковичи всех троих детей расстреляли.

Расстреляны в Васильковичах за кражу немецкого фонарика и другой мелочи дети деревни Пантелеевичи: Прокофьев Сергей, рождения 1931 г., Перфильев Геннадий, рождения 1931 г., Баринов Александр, 1932 г. и Вагин Виталий, рождения 1929 г. Предал их староста деревни Пантелеевичи Богданов Гавриил.

Расстрелян партизан Васильев Иван Васильевич летом 1943 г., начальник Оредежской лесосплавной конторы.

В августе 1943 г. расстреляны старики Гавриловы, муж и жена, за то, что дали приют партизану Сахарову Алексею. Последнего немцы отправили в лагерь.

Артист Астров Ефим за еврейское происхождение в сентябре 1943 г. расстрелян.

Расстреляны в ноябре 1943 г. Батурин с четырьмя товарищами, все допризывного возраста.

Точно установить имена и число расстрелянных и замученных в застенках Васильковичского гестапо советских граждан не представляется возможным.

По свидетельству колхозников дер. Васильковичи трупами расстрелянных и замученных людей наполнены две большие силосные ямы, глубокий колодец и 4‒5 вновь вырытых больших ям».

Всего за два с половиной года оккупации, только по выявленным данным, в Оредежском районе нацисты замучили, расстреляли, повесили и сожгли живыми 374 человека.

Изображение (фото): из открытых источников, проект «Без срока давности»